написать письмо музыкантамна главную
Мифология
Часть №19. Клуб любителей музыки

И вот как-то раз, уж не припомню при каких обстоятельствах, сообщил мне Юрий неожиданную новость. Оказывается в недрах Университета организуется клуб, где можно будет общаться и обмениваться впечатлениями с такими же, как мы с ним, «белыми воронами», сиречь с людьми, которых угораздило подобно нам увлечься «punk роком» и «новой волной».

Ну, я же уже говорил, все, люди как люди, нормальненько послушивают старые добрые рок-раритеты, или хэви-металл, на худой конец, и помышляют при этом об учебе, карьере и прочем жизненном росте, и социальных ориентирах. А мы с Юркой, как дураки, врубились в этот самый punk-рок и помышляем невесть о чем, чуть ли не о панк-революции. Диссиденты, одним словом. Припоминаю, как два моих бывших соученика по 21-й школе, желали мне тогда всяческого добра и уговаривали:

- Рома, ну зачем тебе это все надо? Будь ты нормальным пацаном. И все у тебя будет в жизни ништяк!

- Эх, надо было их послушать.

Оказалось, значит что? Оказалось, что этот самый Мирон, явился в студенческий профком, к товарищу Турову (классный, кстати, был чувак!) и ну ему расписывать. Как, мол, было бы хорошо, если бы был в Университете еще такой вот клуб, «Клуб любителей музыки»! Насчет слова «рок», Туров его, кстати, сразу обрубил: никакого рока!

- Ты, че, хочешь, чтобы меня с работы выгнали?

- Ладно!,- тут же не спорит с ним Немиров (Мирон, то есть), никакого рока! Само собой! Просто, будем пропагандировать и в народ толкать «современную музыку», ну и параллельно разьяснять народу, что такое хорошо, а что такое параша.

А почему он к Турову именно пошел, а не к кому-нибудь другому? А вот тут и обнаруживается, что за всем этим скрывается Юрий Шаповалов, который с оным Туровым не раз уже бухал. А что вы думаете, в нашем государстве, в советские времена вопросы внешней политики ЦК КПСС решались за бутылочкой, а не то, что быть или не быть какому-то там клубу!

И ежели, скажем, Юрка с оным Туровым вместе выпивали, то направленный к нему Юркой Мирон, заранее мог быть уверен. В ажуре это дело будет, в полнейшем.


Ну, хорошо, а на хрена, спрашивается Немирову весь этот клуб, вместе с пропагандой современной музыки, будь она не ладна? Да очень даже просто, зачем. Ему жить, оказывается было негде! А тут, если клуб организуется, сразу тебе:
1. Помещение

2. Ставочка (ну или хотя бы пол-ставочки, что тоже хорошо)

3. Аппаратура, которую, значит, самому покупать не надо.

Короче говоря, живи да радуйся! Синекура, короче!

А что же тогда еще такое, спрашивается, наша жизнь, как не череда мытарств в поисках синекуры? Только одни ее, синюю эту курицу, еще при жизни поймать хотят, а другие, обратно надеются, на то что она после смерти явится. А так, в общем, разницы никакой.

Эх, кабы знал, товарищ университетский начальник студенческого профкома, что из этого всего получится! Ну и дал бы Немирову, все вышеперечисленное. Пускай бы он в этом «клубе» жил, получал рубликов по 70 в месяц и наслаждался бы в компании с Юркой Шаповаловым современной музыкой, запивая ее вином «Огненный танец». И все! И оппаньки!

Да, но в жизни так не бывает. Бюрократия кругом, рутина и острая необходимость отчетных мероприятий. Вот это-то все и губит.

Юрка уже вовсю потирает руки:

- Нормально, Немирыч!

The PoliceПомещение дают. Ставочку тоже обещают, аппаратуру подкинут! Народ бухла притащит. А мы - начальство, значит, сначала нам наливать, а потом уже насчет авангардной музыки просвящаться. А мы им The PoLice вкупе со Стренглерзом врубим : пущай удивляются! Где они еще такое услышат?!

Короче, всем хорошо. Мне тоже. Меня из-за этой «новой музыки» истерическая соседка снизу задолбала просто. До милиции и штрафов дошло. А тут, то же самое - кино, вино и домино, только в рамках клубного мероприятия, в стенах родной, университетской общаги.

Нормально!

И началась на 5-ом этаже общежития Тюменского Государственного Университета веселая жизнь с музыкой и вином.

Вот что я увидел, посетив одно из первых мероприятий клуба.

Комната, в которой начал свою работу «клуб любителей музыки», была около 30 квадратных метров, имела грязный, весь в окурках и заплеванный пол и голые стены. Посреди этой комнаты, на полу лежал старый сломанный, без ножек, диван – единственный, по-видимому, имевшийся у Немирова предмет домашней обстановки. На этом диване возлежал в позе римлянина Мирон и комкая в непослушных пальцах потухший окурок «Примы» что-то такое вещал о том, что такое музыкальный авангард и что, по поводу настоящей музыки, которую надо слушать, у нас тут никто не врубается. И вообще, нигде, никто не врубается!

При этом, Немиров, все время тер слезящиеся под очками глаза и говорил, что даже в хвалёной Америке продвинутых чуваков - раз-два и обчелся. Ну, Аллен Чинзбург, какой-нибудь, или Энди Уорхал, да Маркузе с Эрихом Фроммом, а так, в основном, козлы одни кругом. Всеобщий невруб, короче.

Время от времени врубался катушечный магнитофон «Нота» и под одобрительные пассы Юрки Шаповалова помещение оглашалось «нормальной музыкой», той, что «еще можно слушать».

Юрка Шаповалов млел. Вот он тоже, давно догадывался, что никто не врубается. А Немиров, он вона какой молодец, хорошо излагает.

Было лето. Окно на пятом этаже общаги было открыто настеж. Подоконника оно не имело и кто-то, по-пьяни, из него уже вывалился, кажется, наружу. И я подумал, что вот так же, наверное, Немиров выпал из окна и в прошлый раз, когда он ковылял с поврежденным позвоночником на второй этаж физкорпуса, и когда я его впервые и увидал.

©2003, Инструкция по выживанию

веб дизайн студия az solutions:
разработка сайтов, раскрутка сайтов