написать письмо музыкантамна главную
Чтиво
Василий Комлев. Тайный государь и великий раскол
(Недоказанная гипотеза или отвергнутая правда) Часть 2.

Всеми историками бесспорно известна по разным летописям жизнь великого князя Юрия (Георгия) Всеволодовича, погибшего в смертельном неравном бою с монголо-татарскими войсками на реке Сити в понедельник 1 марта 1238 года (16) (4 марта 1238 года, согласно Тверской летописи, погиб плененный на Сити Василько Константинович ростовский) в сотнях верстах от таежной реки Керженец, где по твердому убеждению староверов погиб легендарный великий князь Георгий Всеволодович. Внимательный историк и любой церковный человек должен задаться вопросом: — «А был ли великий князь Георгий Всеволодович в святцах в 17 веке?» Известно, что открытие мощей князя Георгия Всеволодовича произошло в 1645 году и что благоверный князь тогда еще не был канонизирован, помешала смерть царя Михаила Феодоровича, хотя некоторые источники указывают на это время, как на время его канонизации. По моему предположению начало было положено, когда выходцем из Нижнего Новгорода образованнейшим монахом Тихоном была составлена в 18 веке авторитетная в церковной среде Латухинская Степенная книга, где там днем поминовения святого благоверного князя Георгия Всеволодовича, вопреки летописным данным, является 4(17) февраля. Так кого же на самом деле мы поминаем 17 февраля в церквах ежегодно? Я думаю, что все-таки за железной исторической маской китежского великого князя Георгия Всеволодовича скрывается великий государь Михаил Алексеевич! Предавший великого князя Георгия Всеволодовича и показавший путь батыевым полчищам к граду Великому Китежу Гришка Кутерма перекликается в корне своей фамилии с предателем Питиримом; в разговорной речи общее «тер» и «тир» звучит одинаково. Случайны ли все эти странности и совпадения?

В середине прошлого столетия царское правительство обратило серьезное внимание на проблему раскольничьего движения в России. Нижегородский чиновник особых поручений по вопросам раскола при министре внутренних дел П.И. Мельников в своих «Письмах о расколе» замечает:

«Раскол и раскольники представляют одно из любопытнейших явлений в исторической жизни русского народа. Но это явление, хотя и существует более 2-х столетий, остается доселе надлежащим образом неисследованным. Ни администрация, ни общество обстоятельно не знают, что такое раскол. Этого мало: девять десятых самих раскольников вполне не сознают, что такое раскол». Вскоре Мельников становится первым авторитетом по расколу при царском правительстве, но его 3-х томные изыскания по расколу по каким-то причинам становятся секретными. Карьера его, провинциального чиновника, резко пошла в гору, в начале 60-х годов он уже переезжает жить в столичный Петербург. Думаю, что чиновник Мельников нашел великого государя Михаила Алексеевича, нашел ответ на вопрос, почему раскольников «10 миллионов в России, не одна сотня тысяч в Пруссии, Австрии, Дунайских княжествах, Турции, Малой Азии, Египте и, может быть, даже в Японии» и потому-то, может быть, и сопровождал в 1861 году цесаревича Николая Александровича (ум.1865) в его поездке по Волге.

Начав свою чиновническую деятельность как ревностный гонитель старообрядцев, со временем П.И. Мельников резко меняет свои взгляды на противоположные, становясь все более их защитником. В письме в министерство внутренних дел, посланном в 1866 году, Мельников пишет:

«...среда раскольническая, несмотря на религиозные ее заблуждения, имеет в себе немало хороших сторон... образованное старообрядчество внесет в нашу жизнь «новые» элементы, или, лучше сказать, «старые», забытые нами от наплыва западных понятий и обычаев, не сродных ни русской земле , ни русской душе... элементы, подорванные Петром I...»

Думается мне, что русская знать была ознакомлена в какой-то части с секретными работами нижегородского чиновника Мельникова, о чем свидетельствует хотя бы либретто композитора Мусоргского «Хованщина» и работа его ученика Корсакова, как бы в продолжении тайной темы, под названием «Китеж». Известнейший составитель русского толкового словаря В.И. Даль, проживший в Нижнем Новгороде с 1849 по 1859 годы и составивший здесь большую часть своего словаря, почему-то не захотел вставлять объяснение в нем слову «Китеж». Похоже, что он знал истинное его значение и потому пропустил его в своей работе — лучше промолчать, чем налгать. Но нам уже известно, что и репринтные издания сейчас могут искажаться.

И резкая внутренняя метаморфоза чиновника Мельникова, я думаю, произошла именно оттого, что он понял истинную духовную причину народной массовости русского Раскола и который, по большому счету, был не только религиозно-династическим, но и духовно-русским движением. А то невероятное терпение, те невероятные гонения, ту невероятную приверженность к вере староотеческой миллионы простых крестьян выдержали не только благодаря проповедям активных сторонников древлего благочестия, но и потому, что был в их сознании миропонимания авторитет непререкаемый — отверженный, гонимый и принявший смерть мученическую законный для них великий государь Михаил Алексеевич. Забытый в миру, он как бы незримо всегда находился в среде старообрядческой, давая им силы выдерживать все гонения церкви и государства. Вот отрывок из письма, отправленного из Стародубья на Керженец в июле 1830 года: «Истинные свидетели от наших христиан под клятвою уверяют, что в Персидской земле много обретается наших древлеблагочестивых христиан... имеют даже царя своего, благовернаго и христолюбиваго. Егда Никон патриарх возвея на церковь всемрачную бурю и ересей море великое и пространное на Российское царство испустити, царь же Алексей Михайлович и весь синклит и вся вои во след онаго отца ересем пошли, тогда убо старейший царевич, царя Алексия Михайловича сынок, не восхотел отступити от истинно древней православной веры и крепко утвердился в староцерковном благочестии. И воздвиже на него царь гнев свой, и томлен бысть царевич во единой от царских палат, яко в темнице, обаче ни поколебати, ни ослабити его, ни к своим волем преклонити не возмогоша. И бежа тот старейший царевич, с благочестивыми стрельцами и казаками, за море, в Персидские страны. И устроил тамо благоверное царство...И до дней наших царский благочестивый корень тамо не изсяче». Замечательно, что изданная в 1831 году книжка г. Берха «Царствование царя Алексея Михайловича», в которой говорится о самозванцах-царевичах Алексее и Симеоне(!) Алексеевиче, разошлась в значительном числе экземпляров между старообрядцами. В любом ските или монастыре старообрядском можно найти эту книгу (11а).

Здесь есть вопрос, на который можно ответить, что легенда о тайном царе старообрядцев крепко жила среди них. Судьба свела меня с редакцией газеты из Сыктывкара «Вера-Эском», где родственница одного сотрудника, ныне покойная, пыталась найти следы тайного царя Михаила. Она знала через предания, что он был в нашей истории.

В своем известном романе П.И. Мельников-Андрей Печерский «В лесах» великолепно описавший жизнь и быт «раскольничьего» Керженского Заволжья, вкрапливает легенды, предания и были, касающиеся в какой-то мере жизни и смерти Михаила Алексеевича. По понятным для тех времен причинам, когда писался роман, говорить открыто о нем было нельзя: «Каковы ж были те рассказы и те предания — прейдем молчанием... Всего писанного на Керженце и всего там говоренного ни в книге списать, ни словом рассказать никоему человеку нельзя...» — писал он.

Можно задаться вопросом, а что бы было, если бы Михаил не сбежал из Москвы на Керженец? Я думаю, что после того, как его отец, царь Алексей Михайлович, несмотря на мощное противодействие всей родни Милославских, все-таки женится на родственнице одержимого властью Матвеева, шансов на долгую дворцовую жизнь у царевича Михаила не было, что показывает судьба Феодора, Софьи и Иоанна Романовых-Милославских. В акте побега Михаила мне видится воля провиденья, спасающая не только ему жизнь, но и поворачивая тем самым вектор общественного и народного внимания не в подражании отпадающей в западничество московской верхушки, а в подражании второму законному, а впоследствии и первому «незаконному» в государстве человеку.

Всем историкам хорошо известно, что старообрядцы упрямо и в открытую не признавали Петра Алексеевича за своего законного государя, но кого же они представляли для себя законным в истории почему-то осталось незамеченным. Похоже, что столичная Москва молча тоже не признавала законность Петра-младшего. Может быть это и было одной из главных причин, побудившей Петра I безжалостно строить для себя новую столицу. Ведь изначально Санкт-Петербург строился как простой город и только где-то с 1710 этот город начался строиться как новая столица. Но и здесь Петр выбирает, по совету святителя Митрофания Воронежского, основной иконой столицы имени апостола Петра — икону Казанской Богоматери. И не потому ли Петр когда частенько бывал за границей, то назывался Михайловым (а не Алексеевым, как должен бы по правилам того времени). Этим он подчеркивал, что власть его законна и преемственна от законного старшего брата, якобы добровольно отказавшегося от престола. Странно, но после Полтавской битва (2 августа 1709 года) Петр живет в своей стране кратковременными наездами из-за границы или войнами.

Нижегородский архив не по этой ли первой тайне царского рода Романовых не содержит в своих недрах практически ничего, касающееся истории старообрядческого движения своего края.

Василий Комлев,
1995-2001


--------------------------------------------------------------------------------

Литература:

Андреев И. «Страсти по д’Артаньяну», «Знание-Сила», 8/91;
БушуевС.В. «История государства Российского. 17-18 в.в.»;
Буганов В.И., Богданов А.П. «Бунтари и правдоискатели в русской православной церкви», «Политиздат», 1991;
«Град Китеж»,сост. В.Н.Морохин, г.Горький, 1985;
«Житие протопопа Аввакума им самим написанное и другие его сочинения», г. Горький, 1988;
«Новгород земли низовской», сост. В.Н. Морохин, 1994;
Мордовцев Д.Л. «Великий Раскол» — гл.11.»Увещевание Морозовой»;
Пушкарев С.Г. «Обзор русской истории», «Наука», 1991;
Смирнов Д. «Нижегородская старина», «Нижегородская ярмарка», 1995;
Соловьев С.М. «История России»,т.т.12-14.;
Мельников (Андрей Печерский) П.И.,»В лесах»,т.1,т.2;
a) «Исторические очерки поповщины»;
«Россия при царевне Софье и Петре I»,М..,»Современник»,1990г.
«Родная старина», сост. В.Д. Сиповский, М.., «Современник», 1993 г.;
Гримберг Фаина «Династия Романовых: загадки, версии, проблемы», «Московский лицей», 1996 г.;
Нилус Сергей «Близ есть, при дверех», С.-Петербург, 1997 г.;
Чивилихин В. «Память»;
«Легенды и предания Волги-реки. Нижегородские были», «Нижегородская ярмарка», 1998 г.;
Комлев В. «Легенда о граде Китеже — наша зашифрованная история», «Нижегородский рабочий», 20.06.1996г.;
Комлев В. «Царевич Михаил Алексеевич Романов — легенда или реальность», «Нижегородский рабочий», 5.02.1997г.;
Л.С. Смирнова, Т. Званцева, «Церкви Нижнего Новгорода, уничтоженные и уцелевшие», Н. Новгород, 1991г.;
Бороздин А. «Протопоп Аввакум»,
Мельников Ф.Е. «Краткая история древлеправославной (старообрядческой) Церкви», «Наука», 1999г.
Д.А. Жуков, 1971, Повесть, «АВВАКУМ»

--------------------------------------------------------------------------------

Приложения

Отрывок из книги Мельникова-Печерского «В лесах»

Из здешних же отцов был, из керженских, — сказала Манефа. — Жил в пустынной келье с тремя учениками... В Поломском лесу, недалеко от Улангера, но речке на Козленце, келья у него была. До сих пор благочестивые люди туда сходятся поклониться святому пеплу Христа ради сожженных... Пришел Варлаам в здешние леса из Соли-Галицкой, а в Соли-Галицкой был он до того приходским попом в никонианской церкви. Познав же истину, покинул он тамошний град и паству свою, хотя пустыню лобызать и в предании святоотеческом пребывать. Принят же был от отца Софонтия вторым чином, пострижения иноческого от руки его сподобился и, живя бызысходно в келии, все священные действа над приходящими совершал. Много душевным гладом томимых, много спасения жаждещих в пустыню к нему притекало, он же, исправляя их, причащал старым запасом, что от лет патриарха Иосифа был сохранен. Книг же имел довольно, отовсюду собираше правоверных на книгоучение, утверждая их в древлем благоверии. Уведали о том мирские галицкие начальники и послали ратных людей со всеоружием и огненным боем изыскать отца Варлаама и учеников его... И более шести недель ходили ратные люди по лесам и болотам, ищущи жительства преподобного. Он же, божественным покровом прикровен, избежа рук мучителевых... Тогда изыде Варлаам из пустыни и прииде к отцу Софонтию совета ради, что сотворити при таком тесном обстоянии... И много беседоваху преподобные отцы от святого писания и всю нощь пребыли в молитвах и псалмопениях. И благословил пречестный отец Софонтийтого пустынножителя Варлаама огненною смертию живот свой скончати, аще придут к нему ратные люди, лести их отнюдь не послушати... Тако поучал Варлаама блаженный Софонтий златоструйныма своима усты: «Не бойся, отче Варлааме, сего временного огня, помышляй же о том, како бы вечного избежати... Малое время в земном пламени потерпети, вечного же царствия достигнути!.. Недолго страдати — аки оком мигнуть, как душа из тела выступпит... Егда же вступишь во огнь, самого Христа узришь и ангельские силы с ним. Емлют они, ангелы, от души из телес горящих и приносят их к самому Христу, царю небесному, а он, свет, их благославляет и силу им божественную дает... Чего бояться огня?.. Гляди с мучениками во блаженный чин, со апостолы в полк, со святители в лик!..» И тако довольно поучи Варлаама и благослови его идти в пустынную келию на сожжение... На утрие же ратные люди обретоша келию и восхотеша яти отца Варлаама со ученики его... Они же, замкнув келию, зажглися... И ужаснулись ратные, видя такое дерзновение... Лестию пытались самовольных Христовых мучеников из запаленной келии вызвать, обещая уинить их во всем свободны... Они же не смутишася... Аки отроцы вавилонстии в пещи горящей, тако и они в келии зажженной стояли и среди пламени и жупела псалом воспевали: «Изведи из темницы душу мою, — мене ждут праведницы!..» И тако сгорели телесами...Души же блаженных страстотерпцев, аки злато в горниле очищенное, ангелы Божии взяху и в небеса ко Христу царю понесли... Господь же благослови жертву сию чисту и непорочну...


Хохлома

Было это давным-давно, еще при царе Алексее, отце Петра Первого. Тогда нижегородец наш, патриарх Никон, нарушил веру стародавнюю и уничтожил книги, переписанные руками старательных монахов. С тяжелой руки Никона новая вера была на Русь напущена. Взволновалась Русь, усмиряемая «тихим» царем Алексеем, застенками да колодками. Побежал люд подальше от первопрестольной Москвы, от глаз царских да патриарших в леса, на Керженец да на Узолу. Только тайные сторонники старого благочестия остались в Москве. Среди них первейшей руки живописец, богомаз по прозванию Лоскут Андрей. Днем работал, вечерами двуперстия творил.

Пришло время, и ему стало невмочь. Собрал он кисти свои да краски-мази и уехал в семеновские леса, подальше от царя. В каком-то починке избу срубил, точить-писать начал. Дни и ночи работал, а что работал — не знали люди, не пускал их к себе в избу Лоскут. Да и люди, больше беглые, беспоповцы, не привыкли бывать друг у друга. Больше сами с собой да с тайгой керженской беседовали-советовались.

Нашлись, однако, завистники, донесли царю про Андрея. Тот послов направил, строго наказал явить мастера пред его царские очи и заставить в столице малевать.

Лоскут — ни в какую, послов из избы прогнал.

И тут вскипела царская кровь, затуманила глаза. Кому, по правде, из правящих такой отказ понравится. Новый наказ целой роте солдат: доставить ослушника, но уже не для работы, а для казни. И зашагали в семеновские земли солдатики, путь тяжелый, да и не близкий — все песками да через леса.

Солдаты шли походкой медвежьей. А молва народная бежала впереди бегом заячьим.

Услышал Лоскут о вести страшной. Думал день. Думал два. На третий клик кликнул, собрал народ лесной. Молвил Андрей слова свои первые:

— Смерть идет за мной, берите припас мой и рукоделье, краски и мази да расходитесь по деревням и починкам, учитесь точить-малевать да детям и внукам внушайте; дерево с корня снятое живым делайте. Оно любое подобие принять может...

Взволновался народ, краски да и «струмент» Андреев разобрал, по лесам-домам разбрелся и как следует его припрятал.

Солдаты пришли к кострищу огненному: догорал дом Андрея-живописца, зажженного им самим. Не достался царю на расправу и мастер: сгорел в той избе своей заживо.

Ушли солдаты.

А краски да «струмент» Андрея в дело пошли.

Искрами изошел, рассыпался Андрей. Искры те осели в тайге керженской-приузольской, и запалили они пламя красок хохломских по лесным деревням и починкам.

С той поры и горят алым пламенем, искрятся золотыми самородками яркие краски старой Хохломы.


Письмо в редакцию газеты «Вера»

Здравствуйте, дорогая редакция. Вот, прочитав с радостью «Письма из Китеж-града», решил присоединиться к волнующей теме тайны озера Светлояр. Большой поклон и большое спаси Бог всем причастным к поднятой теме о невидимом граде Китеже.

Во мне очень сильна уверенность, что я разгадал легенды и предания о граде Китеже и касающиеся неизвестной трагической истории Святой Руси. Разгадал, потому что пришло время, разгадал, потому что с самого детства знал, что когда-то мне предстоит написать что-то очень и очень важное для всей России. И не скажу, что это далось вот так легко и просто...

...Вот перед нами известная легенда о граде Китеже — «Китежский летописец». Она вышла из христианских кругов и разве может христианин трактовать ее буквально, буква в букву. Нет конечно! Шифруя некое событие через сказку, легенду, миф наши просвещенные и образованные старцы, говоря современным научным языком, закладывали в наше общее бессознательное некий архетип, который при некоторых обстоятельствах мог раскрыться в своей истине. Вот взять бы, к примеру, известную всем с детства сказку «О колобке». Если добрый молодец будет достаточно сообразительным, то он в свое время поймет, что колобок — это луна, а все его откусы и съедение — фазы луны. Но этот молодец никогда не отберет эту сказку у своих детей и внуков. Правда большинство так с пониманием колобка доживают до старости, не поднимая лица к небу. Мне конечно очень жаль, что перед многими взрослым будет стоять дилемма: остаться в детско-сказочном понимании легенды о невидимом граде Китеже или принять новое объяснение ее.

17(4) февраля, день памяти святого благоверного великого князя Георгия Всеволодовича. Эта дата утверждена в Степенной книге, которая была в 18 веке составлена выходцем из Нижнего Новгорода образованнейшим монахом Тихоном. «Кончина святого князя Георгия показана 4 февраля (1238 года) в «Степенной книге» и память его свершается в этот день. ...Село Станилово с валами и окопами остается памятником Георгиева стана. Оно находится в Моложском уезде Ярославской губернии, на берегу реки Сити, которая вытекает в Бежецком уезде из огромной топи и впадает в реку Мологу, в 40 верстах от впадения сей последней в Волгу». Церковь безоговорочно тогда приняла именно эту дату, вопреки более древним историческим летописям, где точно указывается дата — конец февраля, начало марта. Исторической наукой принято, что великий князь Георгий Всеволодович погиб в понедельник 1 марта, так же наукой точно установлено, что не был в то время Батый на берегах Светлояра, глухого, труднодоступного лесного озера. Только пути конного от берегов Волги займет сутки без перерыва, где на пути ни одной деревеньки для грабежа и прокорму для лошадей. А «Китежский летописец» утверждает, что великий князь Георгий Всеволодович град Китеж начал строить в 1165 году и строил три года. И погиб 1239 году 4 февраля вместе с градом, прожив 70 и 5 лет. Наивно думать, что старообрядцы пошутили с «Китежским летописцем» так безответственно подойдя к историческим датам, а образованное священство господствующей Церкви пошли на такую уступку в дате смерти святого по своей наивности. В чем же причина? Что такого сверхвыходящего произошло на берегах озера Светлояр 4 февраля, когда это было, почему? Какую личность мы имеем, поминая его смерть 17(4) февраля?

А произошло то, что жил тогда в тех краях лишенный дворцовыми интригами наследования русского престола и своего имени законный наследник его Михаил Алексеевич, старший сын царя Алексея Михайловича. После воцарения Феодора народ снимался целыми деревнями и стал переселяться к тому, кто был, по твердому их убеждению, их законным царем. И шли они на жительство в места глухие, таежные, отшельнические, куда добраться можно только по Керженцу и глубокой зимой. И было их там тогда более 50 тысяч преданных и лучших из лучших в России. В Нижнем, считавшимся крупным городом, насчитывалось около 10 тысяч жителей. У меня есть подозрение, что женщины тогда в счет не шли. Труден водный керженский путь. Без просеки, без дороги не обойтись. Тогда и стала рубиться тропа ведущая к Волге, ныне именуемая «батыевой». Рубили по очередности все крепкие мужчины, все, без всякого снисхождения на сословия и происхождение. Это была дорога жизни, без нее не прожить в глухой тайге, а это 80 км по прямой, через топи и болота. Вроде начала сбываться вековая мужицкая мечта о справедливом православном царстве, со своим царем и своим священством, со своими соборами. 4 собора успели провести тогда староверы. Главный храм возвышался на высоком берегу Светлого озера. По убранству своему он мог поспорить с любым храмом столичным. Донесли Петру, а он разве мог стерпеть, что в его царстве строится другое. Его затеи требовали людишек и денег без меры. Тут подвернулся предатель Питирим, он то и стал проводником для боевого отряда Петра, которым было приказано доставить Михаила в Москву с семьей живыми или мертвыми, иначе обратный путь заказан. Предание говорит, что «искали огненным боем», что в переводе на современный язык, через жесточайшие пытки и убийства без всякой жалости. Какие пути выбора были у Михаила Алексеевича? Можно прятаться до последнего, а ратники будут уничтожать одну деревню за другой. Можно собрать мужиков и в честном бою уничтожить отряд, но найдется предатель и через пару месяцев прибудет более сильный отряд и уничтожит победителей. К тому же убийство — грех великий. А верили тогда абсолютно, что времена последние и никто не хотел пасть в грех перед Судом. Сдаться с семьей — позорная для всех смерть все равно неизбежна. И выбор был только один единственный, который был тоже в арсенале старообрядцев — самосожжение перед теми, кто пришел за тобой. Что и было совершено великим государем Михаилом Алексеевичем и его тремя старшими сыновьями 4 февраля 1708 года. Место то и нынче приметное — речка Кибелек, святой колодчик на берегу с четырьмя крестами, а неподалеку три могилки. А услужливый Питирим стал с 1719 года митрополитом Нижегородским и начались страшные гонения на керженских переселенцев. Во времена этих «питиримовых разорений» и была свезена в Светлояр с горы лошадями красавица церковь. Пострашились вояки сжечь ее, как они скиты жгли. Медленно, раздавив лед, ушла она под воду с алтарем и намоленными стенами, став прообразом невидимого града Китежа. Первым образом освятились воды Светлого озера. Видимо не все дали ратники вынести из церкви люду, а может и не дали, а скорее сами пограбили, да не все. Этим, я думаю, объясняется наличие ионов серебра в составе светлоярской воды. Со временем стали рыть себе пещеры по берегам озера старцы-отшельники и их молитвами стали насыщаться вторым образом воды Светлого озера, которого сейчас мы зовем святым. В пещерах они жили и умирали, пещеры становились им могилами. Спросил я как-то старосту Нижегородского старообрядческого храма: — Почему старообрядчество не оставило ни одного святого равного Серафиму Саровскому? Внимательно и строго тот глянул он мне в глаза: — «Почему ты думаешь, что не были? Были. Только в наших правилах святой не выходит к людям, наше служение Богу тайное». Вот я и думаю, а может и проходит тропка вокруг озера вдоль могил этих тайных святых и их святость насыщает это озеро особой целебной силой, которой и пользуются многочисленные паломники. А иным особенным озеро и приоткроется особенным колокольным звоном.

Цветет сейчас летом Светлояр, мелеет и заиливается подмытыми берегами. Раньше излишки воды свободно выходили в речку Люнду, да когда строили асфальтовую дорогу, забыли положить отводную трубу, нарушен естественный баланс. Сейчас слив восстановлен, да видимо недостаточно. Мне бабушки местные с сожалением говорили, что они последние благоданые живущих рядом с озером, молодежь безвозвратно испорчена. Уйдем мы и благодать покинет озеро. Но бегает еще по селу маленькая последняя.

Как-то в газете «Завтра» прочитал такой интересный и поучительный случай. Пришла больная женщина к одной набожной старице и попросила помощи. Та взглянула на нее испытывающе и сказала:

— Не могу я помочь тебе. Молись граду Китежу, он поможет.

— А что это за град такой. Впервые слышу.

— Ты главное молись, он тебя услышит.

Ищет сердце русское град Китеж, скрытый таинственно до последних времен...


Легенда про град Китеж

Давно это было, люди даже не помнят когда. Наверное, с той поры много сотен лет прошло. Так вот, в те далекие времена и был построен в тех дремучих лесах на невысоких горах, что стояли над красивым тихим озером, город Большой Китеж. Строился он князем Юрием Всеволодовичем после того, как был уже воздвигнут на Волге Малый Китеж.

И едва только закончили каменщики да плотники строить терема и храмы белостенные, как пошел на Русь нечестивый хан Батый со своими злыми соплеменниками.

Докатилось войско татарское до волжского Китежа и осадило город тот со всех сторон. Стойко сражались русские воины, но силы у них было маловато. Одолели враги защитников города.

Взял Батый малый Китеж и к Большому устремился.

Юрий обороняться стал, хотел преградить путь к Большому Китежу, да не устояли против недругов княжьи войска, и стали отходить в глубь заволжских лесов. Так и шли татары по следам русских воинов вплоть до самого лесного озера Светлояра. И когда вражья сила близко подступила, русские встали стеной. Но сил было мало.

И тут Китеж весь как есть съехал с горы прямо в озеро и на глазах татар утонул.

С той поры и стоят в этом дивном местечке, над зеркально чистым Светлояром, горы, ничем не застроенные. И только выросли тут высокие, как мачты, сосны да большие кудрявые березы. Деревья да низкорослые кусты с травой отражаются в спокойной воде тихого лесного озера.


Тайные общества
книга 2

По благословению архимандрита Гурия (Егорова)
Перепечатка с репринтного издания 1935 г. В.Ф. Иванов

Часть. Раскол Русской Православной церкви

Начало раскола Русской Православной Церкви совпадают по времени с английской революцией. Нужно признать совершенно объективно, что истинные причины раскола до сего времени совершенно не выяснены. Поводом к расколу послужило исправление богослужебных книг ввиду вкравшихся в них ошибок, но действительные причины единого в течении веков, монолитного православного стада темны, неизведанны и неизвестны. Можно с большим вероятием предполагать, что раскол — результат интриги масонов, которые для этой цели использовали иезуитов, католиков и протестантов. Одно несомненно, что углублению раскола содействовали киевские ученые, зараженные католицизмом и протестантизмом, передовые русские люди, обработанные масонами, и иностранцы-масоны, приобретшие к этому времени большое влияние на жизнь Московского Государства. Патриарх Никон был использован темной силой для разложения православного стада и гонения против своих же братьев православных, которые не могли примириться с тем, что чужие и непрошеные «реформаторы» порушают нашу правую веру и гонят святую старину. Восторжествовал масонский принцип «разделяй и властвуй». Единое православное стадо рассеялось. «Раскольников» стали уничтожать огнем и мечем. Насилие вызвало противодействие и страстное горение пострадать и умереть за правду от своих гонителей и мучителей. В атмосфере взаимного непонимания и ослепления единая православная церковь разделилась на две непримиримые враждующие стороны, между которыми, к удовольствию и радости третьего, закипела борьба. Раскол православной церкви дал католикам и протестантам для борьбы с православием и пропаганды своих учений. Идеи английской революции и участники этой революции, масоны, свившие себе прочное гнездо в сердце России, матушке-Москве, содействовали углублению раскола и еще более стремительному развалу православной церкви.

©2003, Инструкция по выживанию

веб дизайн студия az solutions:
разработка сайтов, раскрутка сайтов